В напечатанном у нас манифесте немецкой с.-д. оппозиции "Главный враг в собственной стране"*109 заключалось утверждение, что в марте английское правительство сделало шаг в сторону открытия мирных переговоров с Германией, но что германское правительство оттолкнуло протянутую руку. Германский официоз "Norddeutsche Allgemeine Zeitung"*110 поторопился опровергнуть это утверждение, заявив, что "действительно" некий "видный американец" зондировал почву, но должен был лишь установить, что "ни в Париже, ни в Лондоне не имеется никакой склонности к мирным переговорам".
По этому поводу в "Berner Tagwacht"*111 от 17 июня напечатано очень интересное письмо из Берлина, которое, со всей категоричностью настаивая на правильности приведенного выше утверждения социалистического манифеста, пытается приподнять край завесы, скрывающей от непосвященных дипломатические кулисы. По словам письма, видный американец действительно установил, что ни в Париже, ни в Лондоне нет склонности к ведению мирных переговоров - "доколе Германия не обнаружит готовности очистить Бельгию и Северную Францию и вообще отказаться от аннексионных притязаний". Указанный "видный американец", доверенное лицо Вильсона, получил будто бы заверение, что в Париже и Лондоне охотно примут, на указанном выше условии, посредничество американской республики, но в Берлине будто бы наотрез отказались приступать к переговорам на основе отказа от аннексии.
По словам берлинского письма, одновременно делались и другие попытки, в одной из которых видную роль играли южно-немецкие политики. Автор не говорит, от кого в данном случае исходила инициатива. Зато он сравнительно с большими подробностями сообщает о третьей попытке, исходившей из Голландии, и предлагает германскому официозу попытаться опровергнуть его утверждения.
Как Вильсон, прежде чем сделать официальные или полуофициальные шаги от имени правительства республики, делегировал "видного американца", в качестве своего доверенного лица, так и голландское правительство, прежде чем сделать какой-либо ответственный шаг, прибегло к посредничеству частного пацифистского общества, председателем которого состоит доктор Дрессельгюис. Общество организовало совещание политических деятелей, с целью "штудировать основы длительного мира". Дрессельгюис пригласил двух немецких деятелей, профессора Шюкинга и Теппер-Ласки, и заявил им, что уже дважды к нему обращались политически влиятельные англичане, чтобы при его посредстве вступить в сношения с влиятельными политическими кругами Германии и обменяться мнениями о возможности мира. Дрессельгюис вступил после этого в сношения с руководящими кругами Англии и может де заверить, что Англия была бы готова заключить мир, если Германия очистит Бельгию; при этом может быть подвергнут обсуждению вопрос о компенсациях для Германии в виде расширения ее колониальных владений. Далее доктор Дрессельгюис предложил: если в Берлине имеется готовность вести переговоры, то он явится туда, чтобы в качестве совершенно частного посредника открыть ни для одной стороны не обязательное совещание и создать, таким образом, возможность для выступления голландского правительства с посреднической миссией. Во всяком случае он, Дрессельгюис, сделает этот шаг только в случае ясно выраженного желания руководящих кругов, так как от противной стороны у него уже имеются серьезные заверения. К этому нужно заметить, говорит берлинское письмо, что речь ни в каком случае не шла о сепаратном мире. Хотя голландский посредник и говорил только об английском правительстве, но из всей ситуации вытекало, что это последнее рассчитывало на согласие своих союзников. Два названных выше немца немедленно же сообщили об инициативе доктора Дрессельгюиса членам немецкого дипломатического корпуса. Им было дано понять, что германское правительство не склонно делать какое-либо употребление из этой инициативы. Чтобы показать, что дело шло о действительно серьезной попытке, берлинский корреспондент подчеркивает, что доктор Дрессельгюис занимает высокий пост в голландском правительстве, а его немецкие собеседники стоят в близких личных отношениях к правящим кругам Германии.
Решительный отказ немецкого правительства стоит, по словам все того же письма, в связи с тем, что в Берлине в тот период господствовало стремление добиться во что бы то ни стало сепаратного мира с Россией*112. На этом, разумеется, настаивали самые реакционные круги. Главная причина отказа лежит, однако, по словам письма, в нежелании немецкого правительства отказываться от аннексионных притязаний. В связи с этим получает новое освещение заявление, сделанное 15 марта председателем прусской палаты депутатов, Ведель-Писдорфом: "Если бы мы не хотели ничего иного, как отбить нападение наших врагов, то, я думаю, не было бы слишком трудно достигнуть в течение короткого времени мира. Но этим Германия не могла бы удовлетвориться. После стольких чудовищных жертв, которые мы принесли людьми и достоянием, мы хотим большего". В свое время спрашивали себя, говорит берлинское письмо, какая муха укусила председателя? Теперь выясняется, что он явился представителем тех кругов, которые опасались успеха американской инициативы.
В середине апреля сделана была рассказанная выше голландская попытка. А 24 апреля "Norddeutsche Allgemeine Zeitung" излагала следующие соображения в высоко официозной статье: "С разных сторон мы слышим, что в стране распространяются слухи о подготовлении к мирным переговорам. Указывают, далее, что сделаны подготовительные шаги для достижения сепаратного мира с Англией на основе известных английских пожеланий и требований.
...Никакой здравомыслящий человек не может думать о том, чтобы отказаться от выгодного для Германии военного положения в целях преждевременного заключения мира. Согласно данной канцлером в его речи общей характеристики целей мира, - а только о такой характеристике сейчас и может идти речь, - мы должны использовать каждое преимущество военного положения, дабы добиться уверенности, что никто не отважится более нарушать наш мир. На этом мы должны стоять. Слухи о немецкой склонности к миру являются, ввиду нашей неизменной готовности к поражению врагов, вздорными или злостными, во всяком случае пустыми измышлениями". Правительственный официоз высказал после голландской попытки те же мысли, какими председатель прусской палаты депутатов ответил на американскую попытку.
В мае Бетман-Гольвег*113 давал вождям политических партий более конкретные сведения относительно немецких целей мира. Вот что сообщает об этом берлинское письмо "из аутентичного источника": на востоке хотят исправления границ из стратегических соображений; что касается Бельгии, то нет необходимости прямо аннексировать ее, можно создать себе и другие "гарантии", если, оставив стране ее самостоятельность, заставить ее примкнуть к немецкому таможенному союзу*114, вместо наполеоновского Code civil ввести гражданские законы Германии и заключить железнодорожную и военную конвенцию.
Таковы разоблачения, исходящие из кругов немецкой с.-д. оппозиции, ведущей непримиримую борьбу со всем правительством. У нас еще слишком мало данных, чтобы решать, в какой мере нарисованная здесь картина закулисных дипломатических шагов отличается полнотой. Но, как материал для ориентации, приведенные сведения очень поучительны.
"Наше Слово" N 121,
23 июня 1915 г.
*109 Манифест социал-демократической оппозиции. - В конце мая 1915 г. оппозиционное меньшинство немецкой социал-демократической партии выпустило воззвание против империалистской войны. Выпущенное непосредственно после вмешательства Италии в войну (см. прим. 68) воззвание разоблачало империалистические стремления итальянского правительства, клеймя в то же время позором австро-германский империализм, и призывало рабочий класс всех стран выступить против своих империалистических правительств.
Приводим отрывок из этого манифеста:
"Интернациональная пролетарская классовая борьба против интернационального империалистического истребления народов - таков социалистический завет настоящего часа.
Главный враг каждого народа - в его собственной стране. Главный враг немецкого народа - в Германии: это немецкий империализм, немецкая военная партия, немецкая тайная дипломатия. Долг немецкого народа бороться с этим врагом в собственной стране, объединяясь в политической борьбе против него с пролетариатом других стран, который должен направлять свои удары против своих собственных империалистов.
Мы чувствуем себя едиными с немецким народом - ничего общего нет у нас с немецкими Тирпицами и Фалькенгайнами, с немецким правительством, - правительством политического угнетения и социального порабощения. Ничего для них - все для немецкого народа, все для интернационального пролетариата - во имя немецкого пролетариата, во имя растоптанного человечества.
Враги рабочего класса рассчитывают на забывчивость масс, - заботьтесь, чтобы они основательно просчитались. Они спекулируют на долготерпении масс - мы же бросаем боевой клич:
"Как долго еще азартные игроки империализма будут злоупотреблять терпением народа! Довольно, воистину довольно резни! Долой подстрекателей по ту и по сю сторону границы!
Конец бойне народов!
Пролетарии всех стран, следуйте героическому примеру ваших итальянских братьев!
Объединяйтесь для интернациональной классовой борьбы против заговора тайной дипломатии, против империализма, против войны, за мир в социалистическом духе!
Главный враг - в собственной стране!"
*110 "Deutche Allgemeine Zeitung" - центральный орган народной партии. Газета основана в 1861 г. и принадлежала вначале группе Стиннеса. Впоследствии газета перешла в ведение консорциума, во главе которого стоит бумажный фабрикант Зелингер. Газета выходит с большим тиражом в трех изданиях - берлинском, франкфуртском и общегерманском. В настоящее время газета является официозом германского правительства.
*111 "Berner Tagwacht" - бернская газета, орган левых социал-демократов. Во время мировой войны газета вела энергичную антишовинистическую кампанию.
*112 Сепаратный мир с Россией. - С весны 1915 г. германское правительство делает ряд попыток заключить сепаратный мир с Россией. В марте 1915 г. германские власти обратились за посредничеством к влиятельной царской фрейлине Васильчиковой. Последняя написала ряд писем к царю, в которых говорила о надвигающейся революции и старалась доказать, что только заключение сепаратного мира с Германией может спасти положение. Она приводила, между прочим, слова, сказанные ей в личной беседе германским министром иностранных дел Яговым: "Россия много выиграет, если заключит сепаратный мир с Германией". Одновременно германское правительство пыталось действовать и через других лиц. Так, герцог эссенский в письме к А. Ф. Романовой предлагал "послать частным образом доверенных лиц в Стокгольм для встречи с русскими представителями". Летом 1915 г. директор германского банка пытался через русского посланника в Стокгольме склонить царское правительство к заключению сепаратного мира. Все эти попытки ни к чему не привели. Из страха перед буржуазной оппозицией, настаивавшей на войне с Германией, царское правительство не решилось начать официальные переговоры о сепаратном мире.
Слухи о готовящемся заключении сепаратного мира снова усилились осенью и зимой 1916 г. В это время Бюлов и Штюрмер, встретившиеся в Швейцарии, пытались нащупать почву для переговоров. Найти такую почву казалось не так трудно, потому что союз России с западными державами, особенно с Англией, был далеко не прочен ввиду резких противоречий между русским и английским правительством в балканском вопросе. Эти противоречия и стремилась использовать Германия для заключения сепаратного мира. Однако, давление союзников и внутренней буржуазии помешало царскому правительству и на этот раз начать переговоры о сепаратном мире.
В 1916 г. по вопросу о сепаратном мире Ленин писал:
"Наряду со столкновениями разбойничьих "интересов" России и Германии существует не менее, если не более глубокое столкновение между Россией и Англией. Задачи империалистской политики России... могут быть кратко выражены так: при помощи Англии и Франции разбить Германию в Европе, чтобы ограбить Австрию (отнять Галицию) и Турцию (отнять Армению и особенно Константинополь), затем при помощи Японии и той же Германии разбить Англию в Азии".
*113 Бетман-Гольвег - германский имперский канцлер во время мировой войны. (Подробнее см. т. III, ч. 2-я, прим. 207.)
*114 Немецкий таможенный союз. - С начала мировой войны Германия фактически руководила всеми политическими выступлениями и военными действиями Австро-Венгрии. Без санкции со стороны Германии Австро-Венгрия не могла предпринять ни одного сколько-нибудь серьезного шага. В связи с этим германские империалисты выдвинули идею создания так называемого среднеевропейского таможенного союза, объединяющего в первую очередь Германию и Австрию. "Для Германии и Австро-Венгрии, - писал в 1915 г. немецкий профессор Герлофф, - возникает безусловная необходимость соединиться экономически для сильнейшего преследования своих интересов на суше и на море". Теоретики и практики австрийского капитала отнеслись крайне сочувственно к идее германских империалистов. Для австрийских крупных капиталистов и промышленников идея таможенного союза с Германией была весьма выгодной, потому что они предполагали, путем экономического объединения с Германией, получить крупные субсидии со стороны германских фирм. Идея таможенного союза с Германией получила в Австрии настолько широкое распространение, что собрание союза австрийских промышленников приняло резолюцию, в которой высказывалось за таможенное объединение. Большой успех имела идея таможенного союза также в Венгрии. Идеологи германского империализма стремились привлечь к идее таможенного союза и другие страны средней Европы.
